На главную страницу    
На главную страницу
На главную страницу На главную страницу World46 - цифровая фотография, креативы, тексты by Pashockz Powered by God of Axon-Neyron
 
  Фотографии
 
 

макросъемка

архитектура

животные

техника

люди

пейзажи

натюрморты

путешествия

ночное фото

эксперименты

 
Мои изображения и креатиффы

психоделия

креативы

космос и н/ф

 
Информация

мои тексты

создатель

работа

контакты

гостевая книга

 
Rambler's Top100
   
 

Жизнь номер 2

апрель 2006

It's getting closer
Follow my friend
Endorama is crushing you
This the end

© Kreator “Endorama”

 

В один день все стало не так.
Тем утром в небе над городом висели тяжелые серые тучи, где-то вдали истошно выла сирена, под окном каркали чем-то вечно недовольные вороны, а в комнате почему-то пахло сгоревшей проводкой. Сэм открыл глаза, потянулся, встал с постели и нехотя побрел в сторону ванной, пытаясь на ходу сообразить, откуда в квартире взялась такая вонь. Лишь через некоторое время до него дошло, что запах гари не является нормой в его маленькой двухкомнатной квартире и ночью в ней могло произойти что-то не очень хорошее. Оставив идею умыться, Сэм принялся проверять розетки и электрооборудование. Когда он дошел до компьютера, выяснилось, что у того сгорел блок питания. Это грозило большими неприятностями.

— Твою мать! – вслух выругался Сэм. — Чертовы монтажники, суки, уроды, вечно от них одни проблемы, а! Пидоры, не могли нормально кабели заземлить, а, ведь знают же, что грозы летом, ну за что мы им деньги платим?!!

Настроение, бывшее и без того на протяжении полугода не очень хорошим, упало окончательно. Впереди маячила безрадостная перспектива покупки вышедшего из строя компонента, а то и нескольких сразу. По предварительным сгореть вместе с блоком питания могла и материнская плата, и процессор, новенький Intel 820, за который Сэм выложил 250 долларов. Это, конечно, было маловероятно, но Сэм всегда готовился к самому худшему. Надо было брать UPS, мрачно подумал он.

В этот момент его мобильный телефон проиграл мелодию, свидетельствующую о приходе нового СМС. Сэм, и так уже балансировавший на грани легкой паранойи, почувствовал некоторую тревогу и, затаив дыхание, взял телефон в руки. Сообщение пришло от его девушки, которая в данный момент проходила месячную стажировку в Англии. «Извини, но мы больше не можем быть вместе. Мне предложили продолжить обучение и вообще появились новые обстоятельства»…

«Все. Это пиздец». Сердце Сэма упало куда-то глубоко в желудок и застучало тяжелым гулом… Жизнь окончательно потеряла свои, и так уже достаточно тусклые краски. Писать сообщения типа «Почему? У нас все еще будет хорошо» или «Не бросай меня» было бесполезно, он знал это. Знал и ненавидел себя за то, что иногда совершенно никак не мог повлиять на их отношения, которые лишь со стороны казались такими гармоничными…

Шок от потери сменился яростью.
— Черт, черт, черт!!!! Ну почему, ну какого дьявола, стоит задумать сделать хоть что-то хорошее в этой жизни, как сразу начинает случаться всякое дерьмо!!! – Сэм в сердцах бросил телефон об пол, в результате чего корпус расколося надвое и из него посыпались какие-то мелкие детали. — Господи, как же я ненавижу этот траханный мир! Суки!!!…

Сэм нервно достал из пачки сигарету, взял со стола спички и прямо в комнате закурил. Он давно хотел бросить эту пагубную привычку, но теперь в сложившейся ситуации это стало невозможно. «Что же теперь делать?». Ответа на этот вопрос не было.

Ближе к вечеру Сэм успокоился, отчаяние уступило место какому-то мрачному пофигизму. Отчасти этому способствовало некоторое, не очень большое, количество спиртного, пачка сигарет и музыка группы In Flames, громко игравшая из пяти колонок, сдобренная сильными басами сабвуфера, из-за которой Сэм не сразу услышал телефонный звонок. Сэм сделал потише, поднял трубку, в которой раздался голос его непосредственного начальника.

— Привет. Мне трудно тебе это говорить, но со следующей недели ты уволен. Извини, ничего личного, просто, ну, ты же знаешь, как сейчас обстоят дела у нас в фирме, и тут еще эта проверка. Прости…
— Но, черт, как, почему?
— Извини, Сэм, это воля Шефа. Я пытался тебя отмазать, сказать ему, что он не прав, но бесполезно…
— Бля, и что же мне теперь делать? Почему вы не могли сказать мне об этом раньше или дать мне хотя бы две-три недели?
— Ну, так получилось. Подожди, не кипятись, я помогу тебе составить классное резюме, денег тебе неплохих дадут, за оставшийся отпуск какую-то сумму накинут, найдешь ты себе работу, все будет нормально, что ты…
— Дерьмо! – рявкнул Сэм и бросил трубку.

Это было уже слишком. Сэма вновь бросило в пучину депрессии и безысходности. В голове крутилась всего одна мысль. Дальше так нельзя. Жизнь перестала приносить хоть какое-то удовлетворение, пропало желание что-то делать, больше не стало цели. «Черт. Как жаль, что я завязал с колесами» подумал Сэм. Возникло желание напиться окончательно и устроить какую-нибудь драку с молодежью, что вечно тусуется в парке по вечерам и громко слушает из открытых машин дряную российскою попсу.

В тот момент в дверь позвонили. Без особой охоты Сэм подошел к глазку и посмотрел в него. На лестничной клетке стоял какой-то смутно знакомый парень. Недлого думая, Сэм открыл дверь.

— Привет, дружок, рад тебя видеть! — сказал гость и без приглашения проскользнул в прихожую. В свете лампы и при более близком рассмотрении он оказался точной копией Сэма. – Надоело здесь уже, по дому скучаешь, небось? Ясное дело, скучаешь, вижу.
Сэм неуверенно пожал протянутую руку и так же неуверенно спросил незванного гостя:
— А ты вообще кто? Мы разве знакомы?
— Ну уж не твой брат-близнец, за это можешь не беспокоиться. Тут вот какое дело, – сказал вошедший и, ехидно улыбнувшись, сделал какое-то движение в кармане своей куртки. В этот момент что-то больно кольнуло Сэма в живот и тот потерял сознание…

Дальше была тьма, которую совершенно неожиданно и не к месту взорвал яркий, пронзительный свет. Сэм октрыл глаза и через несколько секунд увидел над собой мощную медицинскую лампу-прожектор.
— Ну с возвращением, блудный сын – дружелюбно произнес чей-то хриплый голос.
— Как он? Показатели в норме? – услышал Сэм голос какой-то женщины.
— Нормально, бывает и лучше, но все окей – ответил хриплый.
— Тогда начинаем процедуру 23, анамнезию.
— Ну что ж, парень, приготовься к возвращению. О, дивный, новый мир!..

Казалось, прошел всего миг. Алекс открыл глаза и увидел небо, которое при более внимательном рассмотрении оказалось проекцией на потолок динамично изменяющегося изображения, даваемого встроенным в противоположную стену видеопроектором.

— Привет, дружок. Ну как ты, все нормально? Память вернулась?
Алекс повернул голову и увидел сидящего рядом со своей койкой на стуле толстого доктора в светло-зеленой униформе медицинского подразделения. На бейдже, крепившимся к карману формы, была небольшая голографическая фотография его обладателя и надпись Доктор Сергей Вихров, анамнезиолог, психиатр.
— Хм… Даже и не знаю. Все как будто в тумане, что-то помню, как будто это было вчера, а какие-то вещи как бы проваливаются куда-то на дно… — сбивчиво произнес Алекс.
— Это пройдет. Через неделю, максимум. На самом деле очень плохо, что перед экстракцией ты был пьян, это могло вызвать и большие осложнения. В следующий раз не пей, мозг побереги.
— Я думаю, следующего раза не будет. Скажу честно, мне там не понравилось. Какая-то у них жизнь не такая, как-то не правильно все… Живут, будто кроме них там никого нет, да и я уже начал под конец становиться таким. Их это вечное одиночество, культ денег, непонимание, комплексы на ровном месте, да еще давление социума – типа ты должен быть успешным и процветающим, то есть деньги тратить по поводу и без, налево и направо – лично меня это напрягало даже в личине Сэма.
Доктор, в обязанности которого входила и послеанамнезионная психологическая работа с экстрактантами, сел поудобнее в кресле и всем своим видом дал понять, что готов слушать своего пациента.
— Все-таки даже с удаленной памятью, с этой новой личностью, что-то исконно мое всегда противилось этому, этой всей системе, или как ее назвать, — продолжал Алекс.- Я всегда чувствовал себя чужим, что ли, да, я встречал людей, чем-то похожих на меня… А может они тоже были частью Проекта, но также как и я были в амнезии, не помнили ничего о своем прошлом?

Тут доктор понимающе кивнул, и Алекс продолжил свой монолог:
— Но как-то уладить с ними отношения, пойти на контакт я не мог, мне мешала какая-то внутренняя скованность что-ли, чувство, что я не должен перед ними раскрываться, что это может быть опасно, потому и близких друзей у меня было мало…
Алекс замолчал и свое слово вставил доктор:
— Да, у тебя была внедренная в психику программа, ответственная за это. Просто сама твоя прошлая личная история, то, что ты выдавал за нее, сам понимаешь, не могла быть идеально смоделирована. При определенном уровне анализа и самокопания ты и те люди, что могли бы заниматься с тобой какой-нибудь психологической работой и близко узнали бы тебя, увидели бы в ней некоторые странные противоречия, которые не могли бы остаться незамеченными. В лучшем случае они посчитали бы тебя агентом иностранной разведки, а в худшем ты сошел бы с ума, когда внедренная личность Сэма докопалась бы до твоей исконной личности Алекса. Или наоборот.
— Ну что ж, это многое проясняет, — ответил Алекс. — Но я так и не понял, почему если Проект посылает нас в реально существовавшее прошлое, мы не можем ничего изменить? Почему бы не послать туда группу специально подготовленных людей, которые заняли бы нужные государственные посты, стали бы во главе крупных корпораций, повлияли бы на ход истории, предотвратили бы Ночь Яркого Света? Почему? Мы могли бы создать тогда наше современное общество, какое у нас сейчас, и не было бы той ядерной войны… Да, я понимаю, мы многое переоценили из-за нее, и если бы не Ночь, человечество так и осталось бы горсткой жадных эгоистов, но неужели мы не смогли бы все изменить?..
— Эх, Алекс, если бы все было так просто… Есть такое понятие, как инертность временного потока. То есть получается так, что мы можем посылать людей в тела тех, кто практически не может повлиять на ход истории и потеря памяти, которая следует в результате такого перехода это не наша прихоть, а необходимое условие, которое ставит нам энерго-информационная сущность Мира. Понимаешь, Сэм был умным парнем, но увы, он ничто не мог изменить в том мире. Это свойства Времени, Вселенной, Фактора Предопределенности Событий, если хочешь, инерция, опять же... Люди, засылаемые в рамках Проекта в прошлое, служат лишь цели сбора информации о том времени и они ничего не могут изменить глобально…

Доктор немного помолчал и продолжил.
— Некоторые, как, например ты, делают это из-за тяги к новым ощущениям, но есть и такие, кто посвящает Проекту всю свою жизнь, путешествуя из тела в тело. Видишь, Сэм был на грани, его жизнь дала трещину и только поэтому он был идеальным кандидатом на психоинфильтрацию. А что было потом ты знаешь. Когда он, а точнее ты, или лучше – он-и-ты, подошел вплотную к опасной черте суицида, пришел наш агент и занял твое и его место. Надоло ли? Я не знаю, может быть он как-то и выправит жизнь того парня, но это ничего не изменит в ходе Истории. Пойми, ты получил довольно интересный опыт, совершил своего рода Путешествие Героя, как говорили антропологи 20 века. Мы еще побеседуем с тобой на эту тему, и ты сможешь интегрировать свои новообретенные переживания в повседневную жизнь, и эти знания и опыт помогут тебе в твоей настоящей жизни. Пойми, не многим удается пожить в начале 21 века, особенно в период, предшествовавший Ночи Яркого Света. Все будет хорошо.
— А мне все же жаль Сэма, он был неплохим парнем – произнес Алекс.
— Да, понимаю тебя. У него была неплохая жизнь после этого, ему удалось выбраться. – открыл маленькую тайну доктор, поднимаясь со стула.
— Подумай над тем, что я тебе сказал. А пока я пойду. Минут через десять тебе принесут легкий завтрак, так что вставай, располагайся, чувствуй себя как дома. Я приду часа через 2 – с этими словами анамнезиолог-психиатр вышел и оставил Алекса одного.

Алекс потянулся, встал с койки, которая оказалась очень удобной и комфортной, оглядел не менее комфортно обустроенную палату и подумал «Ну что ж. Новая жизнь, жизнь номер два». Настроение стремительно улучшалось.

       
       
 

[назад на страницу тексты]